Песни Победы Яна Осина


Заслуженный артист России, певец, церковный чтец и фотограф Ян Осин свою певческую карьеру начал в 16 лет в церковном хоре. Ныне он – обладатель многих наград (http://www.osin.ru/awards/), известен, прежде всего, как исполнитель патриотических песен, хотя поет и романсы, и народные песни, и произведения из классического репертуара. И все же тема патриотизма – главная в его творчестве. 9 мая Почетный гражданин России, Почетный деятель искусств России Ян Осин исполняет ПЕСНИ ПОБЕДЫ (http://www.osin.ru/records/288/) на концертных площадках Москвы и Подмосковья. Среди них любимые всеми «День Победы», «Смуглянка», «Журавли», «Эх, дороги», «Бухенвальдский набат» и другие песни о Великой Отечественной войне. А написанную им песню «Память» певец посвятил ветеранам Великой Отечественной войны в лице матушки Адрианы (Малышевой) – лауреата международной премии апостола Андрея Первозванного «Вера и верность». Певец рассказывает об истории создания своих песен, о своем духовном отце священнике Олеге Тэоре, об исполнении гимна России на Северном полюсе и о многом другом.


- Ян Валерьевич, поздравляю Вас с Днем Победы и с тем, что 2 апреля Вы были удостоены звания «Почетный деятель искусств России», 26 марта получили юбилейную награду «25 лет Верховному Совету Приднестровской Молдавской Республики», а 11 марта – Золотую медаль международного конкурса «ARTEX Awards» в номинации «Фотография». А где Вы выступали в последнее время?

- 18 февраля в концертном зале Дома Правительства Российской Федерации прошел концерт-презентация моего нового проекта «Настоящие песни», а 6 мая я выступил в Лужниках в праздничной эстрадной концертной программе в ГЦКЗ «Россия». Она называлась «Песни Победы, песни весны!». Ветеранов войны поздравили Людмила Рюмина, Александр Скляр, Наталья Борискова, Ренат Ибрагимов, Юлиан, Юлия Савичева, Михаил Уткин, Мари Карне, ваш покорный слуга и другие артисты (http://www.osin.ru/anons/3431/).

- На Вашем сайте написано, что после концерта в Доме Офицеров Армии Сербии мэр города Ниш вручил Вам статуэтку императора Константина, который там родился.

- Этот концерт был посвящен Дню защитника Отечества. Конечно, хочется приезжать в эту замечательную братскую страну как можно чаще. Хотя я пел и говорил по-русски, сербам не нужен был переводчик. Они понимают нас не столько «на слух», сколько сердцем! Наши народы объединяют православная вера и славянский язык, нас сближает историческая, генетическая память, ощущение того, что мы – братья и принадлежим к славянскому миру в условиях, когда нам пытаются навязать так называемые западные «ценности». Сербам приходилось много бороться за свою независимость. Поэтому их сердца так откликаются на наши любимые песни «Темная ночь», «Смуглянка» и, конечно же, «День Победы». Но и некоторые новые мои песни, которые сербской публике не могли быть известны, она встречала бурными аплодисментами! Это было очень приятно. И теплые слова, сказанные на тожественном приеме, еще раз подтвердили, что Сербию и Россию по-прежнему связывают и наша добрая дружба, и надежда на возрождение наших стран, и многое другое. А статуэтка Императора Константина была не случайной – он родился в этом городе!


Про Олимпийский огонь на Северном Полюсе

- В Фейсбуке на Вашей странице есть фотографии, сделанные на Северном Полюсе. Не каждому выпадает честь сопровождать Олимпийский огонь. Вспомните, пожалуйста, как это было.

- Было очень интересно! В октябре 2013 года во время эстафеты Олимпийского огня «Сочи-2014» я получил Сертификат о достижении географического Северного Полюса на борту атомного ледокола «50 лет Победы». Сертификат подписал капитан В.С. Давыдянц, руководитель экспедиции А.Н. Чилингаров и известный полярник В.И. Боярский.

Мне посчастливилось участвовать в творческой миссии и сопровождать Олимпийский огонь из Мурманска на Северный Полюс и обратно на крупнейшем в мире атомном ледоколе. Во время этой экспедиции было установлено несколько мировых рекордов. Во-первых, впервые в мире на Северном Полюсе побывал Олимпийский огонь. Во-вторых, впервые ледокол шел на Северный Полюс полярной ночью. В-третьих, был установлен рекорд скорости достижения точки Северного Полюса (от Мурманска) – за 90 с небольшим часов. Даже полярным днем так быстро ледоколы не ходили. Очень много интересного было в дороге. На Северном Полюсе мне довелось спеть гимн России. Эта идея имела некоторое сопротивление, ведь на борту ледокола было много иностранцев, и организаторы боялись кого-либо обидеть. Но мы справедливо решили, что раз мы на российском судне, значит должен прозвучать Гимн России. Ведь по морскому кодексу территория корабля считается территорией государства, флаг которого поднят на корабле. Артур Николаевич Чилингаров поддержал эту идею, сказав в шутку, но с намеком: «Кому не понравится, могут на своих ледоколах до Полюса добираться и петь свои гимны. Мы не возражаем!» И вот переводчица попросила всех встать. Я спел по традиции куплет и припев Гимна, а кто мог, подпевал.

- Это была Ваша основная миссия на ледоколе?

- Нет, я не только на концертах выступал, но еще был помощником факелоносца из Канады, легендарного спортсмена Стивена Подборски – восьмикратного победителя Кубка мира по скоростному спуску. Как большинство настоящих легендарных людей, он очень скромный в жизни – не кичится своей славой, как многие попсовые «звезды. На ледоколе наш досуг был интересным. Не было такого, что проснулись, пошли на завтрак, потом на обед, потом на ужин. Ледокол такой большой, что там есть спортивный зал и даже баня. Мы играли в баскетбол, настольный теннис, качали мышцы в тренажерном зале, плавали в бассейне с водой, которая набиралась прямо в Ледовитом океане – и в Карском море, и в Баренцевом. Спортсмены, ученые, полярники, члены Арктического Совета из разных стран читали лекции, рассказывали о своей деятельности, о своих достижениях, показывали фильмы и слайды. Было очень интересно. Там были руководители и Олимпийского комитета, и Росатомфлота. Повезло, что не было ветра, и температура была всего около 25 градусов мороза. На открытом воздухе мы участвовали в пробегах, водили традиционный хоровод вокруг точки Полюса, фотографировали. 10 дней пролетели незаметно – все прошло очень хорошо, без эксцессов, несмотря на то, что я все же умудрился «пободаться» с ледоколом.

- Вы упали?

- Наоборот, подпрыгнул. Бежал по коридору с фотоаппаратом… В тот день мы шли обратно в Мурманск, и по одному борту всплыла наша большая атомная подводная лодка, а по другому (как объявил по громкой связи наш известный полярник Виктор Ильич Боярский) проходил авианосец «Адмирал Кузнецов». Мне как раз надо было сфотографировать Чилингарова в «корпоративном» полярном свитере. Я схватил фотоаппарат и выскочил из каюты в шлепанцах, чтобы снять два-три кадра и еще успеть заглянуть к Артуру Николаевичу. Бежал быстро, перепрыгивал комингс (это такая небольшая перегородка внизу двери: если вода в коридор попадает, она не переливается по всему коридору, и ее можно легко между комингсами собрать), в прыжке ударился о железную дверь и уже в полете понял, что добром это не кончится. Огромное спасибо врачам на ледоколе. Они меня тут же залатали, пять швов наложили и выписали справку о том, что на борту ледокола была операция. Это пригодилось в московском травмпункте, где на меня смотрели с легкой улыбкой – мол, ага, рассказывай про Северный Полюс, про атомный ледокол, знаем мы таких… Пока я эту самую справку не показал…

Я очень счастлив, что принял участие в той акции, что мы на Олимпиаде достойно выступили. Победы наших спортсменов вызвали чувство гордости за нашу страну и прилив патриотизма. Олимпиада показала, что мы должны больше внимания уделять спорту, как это было в советские годы, когда все дети занимались спортом вне зависимости от того, платили призовые за победы в областных и российских чемпионатах или нет. В юношестве я профессионально занимался легкой атлетикой. Помню, что мы выступали «за идею», и эта мотивация была гораздо сильнее, чем материальные призы…


О малой Родине и обретении веры

- Вы начали петь в церковном хоре. Расскажите, как Вы пришли к вере.

- Мне посчастливилось родиться в Пскове, где очень много храмов. Из окна одновременно видишь два-три рядом стоящих храма. Где такое еще встретишь? – Такого уникального города, наверное, в мире больше нет. Конечно, у меня всегда был интерес к истории, я с детства любил родной край, его «старину». Как-то в детстве мне попались на глаза книги «Забавная Библия» и «Забавное Евангелие». Смотрю, старичок с бородой. Бога никто никогда не видел, а тут его ругают. Почему? Уже тогда задумывался… Полистал из интереса (ведь «тема Бога» уже не запрещалась в те годы, но и не приветствовалась, значит, – вызывала интерес), но позднее обе эти книги сжег. В 1989 году мне было 16 лет, и я, будучи комсомольцем, крестился. Бабушка и дедушка пришли в церковь в последние годы своей жизни, хотя я прекрасно помню, как в один из субботних вечеров в далеком детстве я хотел посмотреть телевизор, а бабушка запретила – ведь Пасхальная ночь! Тогда я не понял, и, наверное, обиделся, а теперь понимаю, что и в советские годы сознание народа не отвергало Церковь, было «генетически» православным! И я к своим 16 годам задумывался о крещении, хотя никто меня и не заставлял, и не отговаривал. В то время еще нужно было паспорт приносить в храм. Так советская власть в годы гонений пыталась контролировать, кто крестился из партийных работников, членов их семей, комсомольцев, чтобы потом определенные санкции применить к таким «неустойчивым элементам» строителей коммунизма. Меня, конечно, уже никто никак не проверял… Благодаря маминой работе в учреждении, которое занималось различными договорами и подрядами, я летом утроился на работу в археологическую экспедицию, и даже смог подзаработать на реализацию своей мечты – учиться на курсах и сдать на водительские права. А работал я под началом Льва Николаевича Большакова. Он собрал очень интересных ребят из Питера – все они были к тому времени не просто православными, но и катехизаторами, то есть людьми, рассказывающими о Православии, о Христе, о Церкви. Общение с ними и было той последней каплей, которая подтолкнула меня к столь важному решению. Однажды я отпросился на полдня с раскопок. Таинство Крещения совершается после Литургии, то есть в утреннее время. И на работу к завершению обеденного перерыва я вернулся уже православным человеком! А Лев Николаевич как раз после той экспедиции принял сан. Он уже давно служит священником в Кондопоге.

- Я помню отца Льва, который тепло принимал нас в Карелии во время принесения мощей святых преподобномучениц Великой княгини Елизаветы Федоровны и инокини Варвары. Это он принимал Вашу первую исповедь?

- Нет, впервые меня исповедовал отец Павел Адельгейм, жизнь которого не так давно столь трагично оборвалась. Помню его добрый взгляд, но вместе с тем и строгость, ответственность – он был настоящим пастырем. Человек большой воли (в лагере он потерял ногу), настоящей веры, открытый всем и каждому. У него было огромное количество духовных чад. Это ведь не случайно! Всегда поминаю его добрым словом, как и многих священников, с которыми познакомился в годы моей церковной «юности», – это были лучшие годы моей церковной жизни: годы открытий, познания нового, учеба, первый опыт участия в церковном служении.

- Вы не только певец, но и чтец в храме. Как начинался Ваш путь на этом поприще?

- Читать и петь на клиросе я начал в кафедральном Троицком соборе Пскова, где мой крестный отец, протоиерей Алексий Святов, был тогда ключарем. Ключарь – это такой священник, который заведует церковной утварью, хранит ключи от храма и наблюдает за порядком совершения богослужения. Он привлек меня и на клирос, и иподиаконствовать (то есть помогать Архиерею во время богослужения), и к сортировке и описи книг в церковной библиотеке собора. Там были уникальные фолианты XVI-XVIII веков. Даже в руках держать такие книги удивительно. А помогал я в этом отцу Олегу Тэору, который позже стал моим духовным отцом. Он и учил меня читать на церковно-славянском языке. И мое становление как церковного чтеца состоялось в восстанавливаемом батюшкой воинском храме св. Александра Невского. В этом храме – корни всей моей нынешней деятельности – и музыкальной, и фотографической, и издательской… Но это уже отдельный и большой разговор. А тогда, конечно же, я ездил на остров Залит к любимому всей Россией батюшке – протоиерею Николаю Гурьянову – и просто повидать его, и за советом. Часто приезжал к нему петь на клиросе, читать, привозил и гостей из России и других стран. Бережно храню эти воспоминания о великом старце наших дней. И конечно, Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь для меня – большая духовная опора в жизни. И стиль церковного чтения, которого я с юности придерживаюсь и который использовал в своем «Пособии по церковному чтению», во многом сформирован традициями этого монастыря. Он не закрывался полтысячелетия – даже в годы сильных гонений! Монахи обители сохранили традиции, которые воспринимали мы – новое поколение прихожан и паломников. Туда я стремлюсь не только на Успение Пресвятой Богородицы – главный праздник обители, но и в те дни, когда бываю на малой Родине, и когда есть возможность съездить в столь родные моему сердцу места.

- Ближайшие выступления планируются на Вашей малой Родине?

- В мае нет, к сожалению. 12 мая еду с сольным концертом в литовский город Висагинас. А 19 мая выступаю в Кремле в сольном концерте Елены Максимовой – участницы шоу «Точь-в-точь» и второго сезона музыкального телепроекта «Голос».

- Ян Валерьевич, Спасибо за интересную беседу и за Ваше творчество, а всем ветеранам за подаренную нам жизнь. Еще раз с Днем Победы!


Беседовала Ирина Ахундова
Фото автора и из архива Яна Осина

 

Тематика: