Павел Парфентьев: "Я весьма резко выступаю против предложений госпожи Елены Альшанской"

Об авторе: Сперва – официальное представление: Павел Александрович Парфентьев – генеральный директор Аналитического центра “Семейная политика.РФ”, председатель Межрегиональной общественной организации «За права семьи», общественный эксперт в области фамилистических аспектов законодательства и семейной политики. Член Оргкомитета Всемирной Конференции по домашнему образованию – 2012 (GHEC 2012). В 2013 году назначен Послом Всемирного Конгресса Семей к европейским структурам. Советник Всемирного Конгресса Семей по международному праву прав человека и по российскому конституционному, гражданскому и семейному праву.

Теперь неофициально. Я глубоко убежден, что семья, вырастающая из брака мужчины и женщины – опора и основа любого общества, его развития и благополучия. Для будущего каждой страны защищенность и благополучие семьи – во многом важнее экономики, геополитики, формы правления и многих других вещей, которым обычно уделяют больше всего внимания. Там, где есть крепкая и здоровая семья, все проблемы общества возможно разрешить, а его недуги – исцелить. Поэтому защита семьи, брака и прав родителей – это защита будущего.

Кроме того, я твердо уверен, что справедливые и полезные законы всегда основаны на том, что на протяжении веков философы прав именовали “естественным законом”. Естественный закон следует из самой подлинной природы человека и общества, а потому любое его нарушение – бесчеловечно и противоестественно. Именно на естественном законе в свое время были основаны те нормы международного права, которые действительно являются универсальными – и в этом их отличие от тех, что фабрикуются под влиянием различных сомнительный идеологий.

Помимо этого, я занимаюсь независимыми штудиями в области истории, написал ряд научных книг и статей, опубликованных в России и за рубежом. Веду исследовательскую деятельность в области культурологии, культурной антропологии, истории и философии права. Как юридический практик нередко помогаю защищать права семьи – родителей с детьми – когда они нарушаются. Ну и, конечно, занимаюсь развитием в России семейного образования. Христианин, исповедую католичество.

Источник: Павел Парфентьев персональный блог

 

Не секрет (#защитимнашисемьи, #дель), что я весьма резко выступаю против предложений госпожи Елены Альшанской в части продвигаемых ею (сейчас - при очевидной помощи адмресурса) «алгоритмов отобрания детей из семьи». Поэтому коллеги обратили мое внимание на комментарий в ФБ Елены, где она пишет, дословно, следующее: «сейчас на нас нападают люди, которые не знакомы ни с нашей работой, ни с предложениями (либо стоят на крайних позициях а ля "родитель имеет право забить своего ребенка до полусмерти ибо он родитель"). И мне жаль, что на это ведутся вменяемые люди».

Ну, поскольку я с работой и предложениями очень даже знаком, причем с нормативной стороной вопроса в России и за рубежом знаком, судя по всему, значительно лучше госпожи Альшанской, то я, в силу простой логики, видимо, стою на крайне позиции и считаю, что «родитель имеет право забить своего ребенка до полусмерти». Что, конечно же, не имеет никакого отношения к правде. И нападаю я, конечно же, не на госпожу Альшанскую, а на продвигаемые ею идеи.

По иронии момента, ровно под этим своим комментарием Елена приводит ссылку на очередную версию своих замечательных предложений. Тех самых, против которых выступают, по ее словам, либо невежды, либо очевидные изверги.

https://drive.google.com/file/...

Давайте же просто обратим на них внимание и посмотрим, только ли невежды и изверги будут против таких предложений, и «поведутся» ли в этом случае вменяемые люди.

Вводная. Елена очень верно указывает (с некоторой путаницей в ссылках на нормативные документы, но неюристу это можно простить), что есть на практике три механизма внесудебного разлучения детей и родителей. Судебные не трогаем, хотя и к ним есть серьезные вопросы. Это: (1) отобрание по ст. 77 Семейного кодекса, (2) оформление ребенка, увезенного от родителей, как «безнадзорного» и (3) вынужденное давлением «добровольное» согласие родителей на временное помещение ребенка в учреждение.

Так вот. Все люди, занимающиеся защитой семьи не один год, знают, что положения законодательства, предполагающие возможность вмешательства в семейную жизнь в российском праве неопределенны и коррупциогенны, а главное – избыточны. Его надо совершенствовать в сторону минимизации возможности вмешательства, серьезного сужения этой возможности. Но и это сейчас отложим в сторону и посмотрим просто на то, что есть.

Действующие, пусть и несовершенные нормы, предусмотренные (1) – ст. 77 СК РФ и около – регулярно и серьезно нарушаются. Детей очень хочется отобрать вне явной и непосредственной реальной угрозы жизни и здоровью – а ст. 77 этого делать не позволяет. Чиновникам приходится или нарушать закон, отбирая без такой угрозы (а это риск), либо как-то обходить ст. 77 и отбирать детей без такой реальной угрозы их жизни и здоровью, другими способами. Способы (2) и (3) – это как раз такие способы «обойти» статью 77 СК РФ.

Важно понимать, что оба эти способа _полностью незаконны_.

Ребенка нельзя забрать из дома как безнадзорного, если имеется за ним хоть какой-то присмотр, закон вполне четко определяет, что безнадзорный – это ребенок «контроль за поведением которого отсутствует» (ст. 1 Федерального закона N 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»). Когда ребенка увозят как «безнадзорного» просто с улицы, где он гуляет, из дома, где за ним присматривает кто-то из старших (иногда даже родители!), или где он ненадолго остался один (закон не запрещает!), или даже из детской организации типа школы или детского сада (бывает и такое – хороша «безнадзорность») – это прямое и недвусмысленное беззаконие.

Что вынуждать «добровольное» согласие на что-либо – это полное беззаконие, думаю, никому не надо объяснять. Добавлю только, что формально ребенка, находящегося в организации по такому согласию должны отдать родителям по их требованию в любой момент – это норма действующего законодательства (без каких-либо дополнительных условий!). Но на практике часто, пользуясь пребыванием ребенка в приюте, на него давят, «накапывают» материала на иск о лишении или ограничении родительских прав и система начинает работать на разрушение семьи.

Итак, оба этих «метода», еще раз, _полностью незаконны_. Любой вменяемый человек, говорящий о благе семьи и помощи семье, о настоящих правах детей будет в этой ситуации _требовать одного: чтобы эти беззакония не совершались, а те, кто их совершает, несли ответственность_.

Что же вместо этого предлагает нам и государству госпожа Альшанская?

Просто процитирую.

По методу (2) – «лекарство» от незаконных киднеппингов под видом «безнадзорности»:

«Необходимо … дать полномочия по осуществлению временного отобрания на 48 часов подразделениям по делам несовершеннолетних органов внутренних дел _исключительно в ночное время_ или в выходные дни».

Я оставлю, пожалуй, без комментариев яркую и эмоциональную картинку – «полицейские ночью увозят ребенка от родителей на 48 часов». Процитировал и хватит.

Просто обратим внимание. Не пресечь существующее беззаконие в виде отобрания детей неуполномоченными органами на незаконных основаниях, а просто дать им эти основания. Чтобы они то же самое делали уже на законных основаниях. Но исключительно глубокой ночью.

По методу (3) – «лекарство» от вынуждения «добровольных согласий» давлением:

«Необходимо изменением порядка отобрания сделать ненужной манипуляцию родительским мнением с целью убедить их написать заявление о размещении ребенка в государственное учреждение».

Еще раз. Не наказывать чиновников, вынуждающих родителей якобы «добровольно» согласиться отдать своего ребенка (под угрозой отобрания обычно!), не принять меры, чтобы эти беззаконные случаи прекратились. Нет. Изменить порядок отобрания так, чтобы чиновникам это стало не нужно. Чтобы и без этого все можно было сделать и отобрать ребенка.

Ну в самом деле – зачем же манипулировать добровольными согласиями – это же такое неуважение к человеческому достоинству. Ведь все, что нужно можно решить старым добрым насилием.

Вам эти предложения тоже не нравятся, как и мне?

Ну тогда решайте – вы просто ничего не понимаете, или вы «стоите на крайних позициях а-ля "родитель имеет право забить своего ребенка до полусмерти ибо он родитель"». Выбор за вами, никто не станет манипулировать вашим родительским и человеческим мнением.

P.S. Да, я крайне негативно отношусь к проектам госпожи Елены Альшанской, предлагающей измененные «алгоритмы отобрания» детей у семей.

И не потому, что я невежда (сильно подозреваю, что я ориентируюсь во многих релевантных областях значительно лучше автора предложений), и уж точно не потому, что я считаю, что нормально забивать кого-то, тем паче детей, «до полусмерти».

А потому, что эти предложения ничего по существу не меняют в сложившейся порочной системе, в которой государство рассматривается как регулировщик внутрисемейных отношений, начальник и надсмотрщик над воспитанием детей. Чуть приглаживая эту систему они, на самом деле, делают ее хуже, расширяя возможности вмешательства в жизнь семей и граждан – любых – и делая эти возможности более тотальными и всепронизывающими.

И еще потому, что я полностью солидарен с соборной позицией Русской Православной Церкви, согласно которой «государство _не имеет права на вмешательство в семейную жизнь_, кроме случаев, когда существует доказанная опасность для жизни, здоровья и нравственного состояния ребенка и когда эту опасность нельзя устранить через помощь родителям и через методы убеждения» (из позиции, принятой Архиерейским Собором 2013 г.). Пока нет доказанной явной и существенной угрозы – не имеет права.

Никакие принудительные вмешательства до этого порога невозможны. Все что после – может быть предметом серьезной дискуссии. Принудительное вмешательство может быть возможно (чуть упрощая) только если родители доказательно совершили реальное преступление или, так сказать, застаны в процессе его совершения или подготовки к нему. И не согласно чьей-то «профессиональной оценке возможных рисков» - это важно! - а согласно четким и неоспоримым фактам реальности. Потому иначе – и об этом говорит весь мировой опыт, весьма субъективные и часто попросту коррумпированные «профессиональные оценки» имеют неудержимую тенденцию эти факты реальности собой просто подменять. И дальше это живет и паразитирует на хорошей такой бюджетно-финансовой базе.

До этого порога, конечно, помощь семье возможна. И никто никогда не был против, кстати. Но! Только и исключительно при условии полностью свободного и добровольного ее принятия – да, можно ненавязчиво предложить, но семья может так же ненавязчиво послать предлагающих к лешему. И ни принятие помощи, ни посылание к лешему не может (и не должно) при этом вести ни к каким негативным правовым последствиям для родителей. То есть алгоритм – «вы или принимаете помощь добровольно или мы будем вынуждены, чтобы вы, несчастные, не остались беспомощными, назначить ее вам принудительно» - должен быть полностью и абсолютно исключен, а любая попытка применять его должна влечь серьезное наказание для применяющих.

И это, господа и дамы, не какая-то там «крайняя позиция». Это простой здравый смысл, очевидный для любого человека, который мыслит не под влиянием страшилок про «родителей-извергов» и не подвержен сильной «профессиональной» аберрации, приводящей к утрате контакта с реальностью. И уж конечно, говорить, что ее сторонники считают, что «родитель имеет право забить своего ребенка до полусмерти» - это или полное отсутствие логики, или просто прямая ложь.

P.P.S. Новый шедевр «здравого смысла». Хотя это уже не о госпоже Альшанской. Но вполне себе из того же смыслового поля. Оказывается, «лекарство» от ситуации, когда чиновники незаконно распространяют информацию о личной жизни в целях их травли – это… засекречивание действий самих чиновников, нарушающих законы и права семей:

«Союз приемных родителей, усыновителей, опекунов и попечителей, рассказала “Ъ” его глава Наталья Городиская, инициирует ряд поправок в законодательство, регламентирующее процесс взаимодействия чиновников и полиции с приемными семьями. «В их числе должна быть норма об ответственности чиновников за разглашение информации о частной жизни семьи»,— заявила госпожа Городиская. Она привела в пример законодательство Финляндии, где никто не знает, из-за чего был изъят ребенок из семьи, кроме самих родителей, органов опеки и суда».

http://www.kommersant.ru/doc/3...

Вот что у нас за «общественные организации» такие – что ни шаг, что ни предложение – все во вред обществу и против обычных, нормальных, здравомыслящих граждан…

Для справки: применение таких норм за рубежом приводит к тому, что люди, у которых службы защиты детей по факту похищают детей без оснований и вопреки закону, даже не имеют права обратиться за помощью к обществу и реальным общественным организациям. Это – разглашение конфиденциальной информации. Оно грозит наказанием – вплоть до тюрьмы.

То есть такие нормы создают полностью и окончательно циничную ситуацию, когда чиновники на практике могут делать все, что угодно, разрушать семьи и похищать детей, а пострадавшие родители не могут даже слова вслух сказать о своей трагедии и искать защиты ближних.

И это вместо запрета чиновникам разглашать незаконно информацию о частной жизни граждан. Оцените масштаб полета мысли. Думаю Оруэлл сейчас плакал бы, что не учел такие сюжетные ходы в своем знаменитом «1984».

Ну правильно, чтобы общество не страдало от беззакония чиновников, надо заткнуть рот жертвам. Это самый правильный и справедливый выход, ага.

Тематика: