Как проходила защита первой в России кандидатской диссертации по теологии

21 голос "за" из 22 голосующих: в России защищена первая кандидатская диссертация по теологии

По теологии, после долгой борьбы включенной в России в перечень научных дисциплин, защищена первая кандидатская диссертация "Разрешение проблем русского богословия XVIII века в синтезе святителя Филарета, митрополита Московского". Корреспондент "РГ" встретился с первым кандидатом наук по теологии, деканом Богословского факультета Православного Свято-Тихоновского университета и выпускником Петербургской консерватории протоиереем Павлом Хондзинским.

Светское общественное мнение до сих пор почти уверено, что наука и религия друг друга исключают. Вам при защите кандидатской пришлось пройти через сопротивление?

Протоиерей Павел Хондзинский: Да, сопротивление было, но не по существу текста. Отрицательные отзывы на диссертацию написали... биологи. Но оказались "не в теме", и когда попытались сказать что-то по содержанию диссертации, у них это получалось неудачно.

В основном же полемика была вызвана вопросом "Можно ли богословие считать наукой?". Ведь для того чтобы быть богословом - и я об этом пишу и в диссертации, и в автореферате, - необходим личный опыт веры. Кроме этой обязательной предпосылки богословие как наука на самом деле не сильно отличается от любой другой гуманитарной науки. Да и сама-то установка на личное отношение к изучаемому предмету не чужда другим наукам, особенно связанным с областью искусства. Ведь о каком бы искусстве мы ни говорили, оно не может быть не переживаемо эмоционально. А значит, всякое изучение искусства, любое вынесение оценок по поводу того, прекрасна или неудачна та или иная картина или соната, также предполагает некий личный (эмоциональный) опыт. В богословии то же самое. Отличие только в том, что речь идет не об эстетическом, а о духовном опыте.

Но филолог не обязан писать стихи. А богослов между тем должен верить.

Протоиерей Павел Хондзинский: Да, филолог может не писать стихи, но любить слово он должен - ведь филология и есть "любовь к слову". Потому что если он не любит поэзию, он ничего не поймет в своем предмете. Точно так же, как человек без слуха не сможет заниматься музыковедением. Я же тоже "не пишу стихи", то есть не претендую на то, чтобы стать в один ряд с великими богословами, но исследую созданные ими тексты. Теолог так же занимается анализом, историей, систематизацией текстов, как и другие гуманитарии. Прежде всего, конечно, текстов святых отцов, но не только их.

Вернемся к "атаке биологов" на вашу диссертацию, она была инспирирована?

Протоиерей Павел Хондзинский: "Предварительный сговор" был. Это не то что не знакомые друг другу люди случайно прочитали диссертацию, и вдруг им всем пришло в голову одно и то же. Я знаю, что была сделана рассылка, в которой всех призывали "выступить на борьбу с лженаукой" и, закидав диссертацию отрицательными отзывами, сорвать защиту. Предупреждали: все равно, что писать, главное, чтобы отзыв был отрицательный; стесняться тут нечего...

И что вышло?

Протоиерей Павел Хондзинский: Пришло пять отзывов. Их зачитывали полтора часа. Но в их содержании было много конфуза. Один из авторов отзыва, например, пенял мне, что я не обратил внимания на отрицательное отношение к святителю Филарету, которого в народе якобы звали Филькой, а сочиненной им манифест об освобождении крестьян "филькиной грамотой". Но выражение "филькина грамота" появилось в XVI веке, так Иван Грозный, юродствуя, называл письма митрополита Филиппа (Колычева). А о том, что манифест об освобождении крестьян писал святитель Филарет (Дроздов), никто в народе и не знал, так как манифест был подписан именем государя. Так что вышел анекдот какой-то...

В церковной среде когда кто-то говорит о себе "Я богослов", у него, как правило, с иронией уточняют "Четвертый?". Потому что настоящими богословами считают троих святых отцов - святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста. Ну а ко всем остальным относятся скептически.

Протоиерей Павел Хондзинский: Совершенно верно, почему я и подчеркиваю, что мне была присуждена степень кандидата теологии. И хоть теология в буквальном переводе и означает богословие, но я немного различаю эти понятия. Богословие - это все-таки то, что мы еще называем Преданием церкви. Это прежде всего тексты Священного Писания, творения святых отцов, постановления вселенских соборов, и т.д. Вот это все можно назвать "большим" богословием церкви. А научное богословие - теология, - это своего рода "малое" богословие, которое изучает, кодифицирует, систематизирует "большое".

Как вы смотрите на происхождение мира и сочетаете научные гипотезы об этом с церковным взглядом?

Протоиерей Павел Хондзинский: Есть два принципиально отличных взгляда на этот вопрос. Мир создан Богом - из ничего. Или - мир всегда существовал и всегда будет существовать сам по себе. Понятно, что с христианской точки зрения альтернативы для первой точки зрения не существует, но нехристиане могут, конечно, выбрать для себя и вторую. Важно подчеркнуть, что ни та, ни другая не могут быть ни подтверждены, ни опровергнуты научно. Научные гипотезы - не более чем гипотезы, они все время меняются, так что, мне кажется, просто некорректно ставить вопрос о согласовании истин Откровения с гипотезой. Великий физик Нильс Бор заметил, что с помощью достаточно развернутой гипотезы можно объяснить все (при этом, она совсем не обязательно будет соответствовать истине). Конечно, всякий человек имеет право не верить в то, что Откровение - это Откровение, а верить в гипотезы - что ж, по старой немецкой поговорке, каждый умирает сам по себе. Кроме того, библейское повествование о сотворении мира не представляет собой научный трактат, и предъявлять к нему соответствующие требования по меньшей мере странно.

В вопросах о происхождении человека и происхождении языка каким теориям теология отдает предпочтение?

Протоиерей Павел Хондзинский: Точка зрения Откровения - человек не есть простое производное предшествующих форм животной жизни. При его появлении имел место особый Божественный акт. Одним из следствий этого акта и стал дар слова, который святитель Филарет считал чуть ли не важнейшей составляющей образа Божия в человеке.

Многие настаивают: наука есть эксперимент с повторяющимся результатом. В теологии есть такие повторяющиеся результаты?

Протоиерей Павел Хондзинский: Ну все, например, знают, что Моцарт - гениальный композитор. И это точно повторяющийся результат для всех, кто слушает его музыку. Но человеку, которому Моцарт вдруг не понравится, мы никакими экспериментами и их результатами не докажем, что Моцарт - гениальный композитор.

Наука невозможна без открытия? В чем новизна и открытие вашей научной работы?

Протоиерей Павел Хондзинский: Ее новизна состоит в том, что на материале богословского наследия святителя Филарета (Дроздова) я предлагаю другую концепцию развития и значения русской богословской традиции, которая важна, мне кажется, и для сегодняшнего дня. Дело в том, что на так называемый "синодальный период" (XVIII - нач. XX в.) привыкли смотреть скептически, между тем он заслуживает к себе внимания хотя бы по тому, что именно в это время Русская церковь вошла в ситуацию "нового времени", в "эпоху модерна", поставившую перед ней весьма сложные вопросы, часть из которых стоит перед нами и сегодня. Понятно, что эта ситуация транслировалась к нам из Европы, и западное богословие тоже искало ответы на те же вопросы, но вероучительные и ментальные расхождения с Западом не позволяли русскому богословию просто воспользоваться готовыми "рецептами". И значение русских богословов синодальной эпохи в том и состоит, что они сумели найти свое разрешение этих общих для всего христианского мира проблем. В целом же эти проблемы можно, наверно, свести к двум: как возможно сакральное присутствие Церкви в секулярном мире; как возможно совместить личное христианство с исполнением обязанностей гражданина в светском обществе, где отсутствуют формы повседневного христианского быта. То есть как остаться христианином в нехристианском мире, не уходя из мира. Вот святитель Филарет и был одним из тех, кто давал ответы на эти вопросы времени, и сам был велик именно тем, что сумел сохранить глубокую внутреннюю духовную жизнь в окружавшей его светской суете. Удалось же это ему в том числе потому, что на всякое порученное ему дело он смотрел как на свое послушание Христу. Чем не пример для нас?

Как прошла ваша защита?

Протоиерей Павел Хондзинский: В конечном счете все разрешилось благополучно. Диссертационный совет высказался в мою пользу: из 22 голосов 21 голос был подан "за".

Объединенный диссертационный совет по новой научной специальности "теология" приступил к рассмотрению диссертации на соискание степени кандидата философских наук Павла Хондзинского 3 марта 2017 года. Его работа стала первой работой по теологии в России, допущенной к защите государственным диссертационным советом. За неделю до защиты диссертации в соцсетях развернулась горячая дискуссия, но не по теме диссертации, а по факту того, что степень кандидата наук может быть присуждена по специальности "теология". Защита диссертации состоялась 1 июня 2017 года в Общецерковной аспирантуре и докторантуре имени святых Кирилла и Мефодия в Москве.

Справка "РГ"

В январе 2015 года Высшая аттестационная комиссия утвердила теологию в качестве научной дисциплины. Протоиерей Павел Хондзинский защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата философских наук в "Общецерковной аспирантуре и докторантуре имени святых равноапостольных Кирилла и Мефодия". Его научным руководителем был кандидат философских наук, доцент кафедры Религиоведения "Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета" Николай Павлюченков. Официальными оппонентами выступали доктор философских наук, профессор кафедры философской антропологии и общественных коммуникаций Института философии человека Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена Александр Корольков и кандидат философских наук, доцент кафедры политологии, социологии и философии Башкирской академии государственной службы и управления Артем Соловьев.

Елена Яковлева

Российская газета - Федеральный выпуск №7395 (229)