Не дело, когда деньги, которые должны быть потрачены на спасение жизни, будут затрачены на убийство

22 января Патриарх Московский и всея Руси Кирилл, выступая в Государственной Думе, предложил вывести аборты из системы обязательного медицинского страхования (ОМС). Инициатива вызвала многочисленные дискуссии по этому вопросу в обществе и СМИ. Об отношении медицинского сообщества к инициативе Русской Православной Церкви OKO-Post рассказал главный врач Орловской областной клинической больницы Вадим Мурадян.

 — Проблема эта имеет два аспекта — социальный и медицинский. С медицинской точки зрения очевидно, что любое вмешательство в тело человека без его воли — неправильно. Рождение человека физиологично, и любое вмешательство, нарушающее этот процесс, вредно. Оно влияет на гормональный фон, и естественно, что пережившие его женщины чаще болеют болезнями репродуктивной системы, и часто становятся бесплодными. Не говоря уже о психической травме, когда человек вначале не понимает, что творит, потом совершает это страшное дело, и после осознает, что остатки жизни ему с этим гнётом предстоит прожить.

Современная медицина настроена на то, чтобы до последнего прилагать все возможности для сохранения беременности, даже если есть какая-то угроза. Существует масса препаратов, позволяющих стабилизировать состояние женщины. Например, если раньше в случае кровотечения приходилось, к сожалению, прибегать к медицинским абортам, то сейчас мы умеем сохранять беременность благодаря внедрению эндоскопической техники, даже в случае патологий репродуктивной системы. Это позволяет в дальнейшем обеспечить родовую функцию и возможность рождения ребенка у женщин, перенесших очень сложную операцию. В областной больнице мы вообще не выполняем открытых операций при внематочной беременности — поэтому у нас женщины потом могут рожать.

 

Как специалист, работающий в рамках бюджетной системы, хочу сказать: задача программы медицинского страхования заключается в том, чтобы спасти человеческую жизнь. И это не дело, когда деньги, которые должны быть потрачены на спасение человеческой жизни, будут затрачены на её убийство. Одно дело, когда мы спасаем жизнь женщины и проводим медицинский аборт, когда стоит вопрос — будет ли она жить или нет. Тогда решение принимается в пользу женщины. Но когда мы априори знаем, что будем губить жизнь в утробе и убивать человека, тратить на это деньги государство не может. Для проведения такого вмешательства показания должны быть только медицинскими, а ситуациями с социальными показаниями должны заниматься соответствующие фонды, скорее всего, внебюджетные. Безусловно, нельзя оставлять женщину на произвол судьбы, и задача государства и общества в том, чтобы поддержать тех, кто думает об аборте — психологически, финансово, политически, возможно, найти ей место работы. Словом — найти какое-то решение. И последнее дело — убивать. К сожалению, был период, когда врачи сами пропагандировали аборты — давайте признаемся в этом. Еще у нас в законодательстве появилось определение о том, что ребенок, находящийся в чреве матери, является «продуктом оплодотворения». То есть зачем-то государство решило, что это не человек. Мне кажется, что здесь не обошлось без влияния непорядочных людей. Безусловно, ребенок в утробе — это человек, живое существо. Это не его мама, это другой человек, не смотря на то, что он еще не умеет разговаривать. Его убийство — убийство человека... Так что женщина в момент аборта распоряжается не своей жизнью, а чужой, и задача общества — не помогать убивать, а поддержать в трудную минуту.

Пропаганда абортов — такая же нехорошая история, как браки между мальчиками и мальчиками, девочками и девочками. Думаю, изначально по этому вопросу у общества и государства была неправильная позиция, не было понимания, насколько проблема опасна и деструктивна. Благо, сейчас отношение власти к семье резко изменилось по сравнению с тем, что было: помню, когда-то и сами врачи раздавали презервативы направо и налево, думали и говорили, что это хорошо.

Среди врачей есть абсолютное единодушие в отношении абортов — они против. Хотя врачи отличаются от остальных людей тем, что несколько циничнее в вопросах жизни, потому что часто видят смерть. Но они, как никто, понимают, как ценна жизнь! Сколько сил требуется, чтобы спасти её, поэтому трудно представить себе врача, который спокойно скажет: «Умер — и слава Богу» или «Давай поможем ему умереть». Почему я против эвтаназии как факта — это патология. Жизнь дана тебе не тобой. И распоряжаться этой жизнью ты не можешь. Не в твоей это власти. Самое страшное, что эвтаназия рождает неуважение к человеческой жизни, и рано или поздно она может родить в медике страшное отношение к пациенту: «Пускай умирает». Когда тяжелобольной умирает, он должен умереть сам. Когда врач ему в этом помогает, значит, он может убить и в следующий раз? Может. Это порочный круг.

 

Надеюсь, рано или поздно мы переболеем этой болезнью, успокоимся. Я считаю, что наше общество более человеколюбиво, чем может показаться. А медицинское сообщество лучше других понимает медицинскую сторону проблемы и то, как тяжело дается и сохраняется человеческая жизнь. Поэтому мы против абортов.

Тематика: