Количество против качества или миф «Зачем плодить нищету!?»

Каждый, кто по работе соприкасается с многодетностью, рано или поздно сталкивается с базовым противоречием в этой сфере. Назовём его так – многодетность и бедность. Вопрос этот запутанный, сложный и многогранный. По своему влиянию на семейную политику и положение многодетных этот вопрос, пожалуй, является самым значимым.  Рассмотрим подробно каждую его грань.

Формулировка проблемы. По объективным причинам большое количество многодетных семей имеет низкий доход в пересчёте на одного члена семьи (заметим, cовсем не обязательно, что это говорит об ощутимой бедности или нищете). Увы, современный мир так построен, что это как раз нормально и естественно – сама система современного общества и государства построена так, что семья с детьми резко теряет в душевом доходе. Можно детально обсудить причины такого явления и способы борьбы с ним, но нас сейчас интересует другой аспект. Этому явлению - бедности многодетной семьи - общество ставит крайне негативную оценку, но обвиняет в этом самих родителей и противопоставляет бедной многодетности сытую малодетность или даже бездетность. На первый план выходит так называемое качество жизни.

Концепция качества жизни логично выводится из капитализма (хрематистики) и созданного им общества потребления. Большому капиталу необходим рост потребления.  Чем больше товаров и услуг будет потреблять население, тем надёжнее положение и богатство капиталистов. Но проблема капиталистов в том, что базовые потребности большей части населения удовлетворены.  В традиционном обществе человеку нет интереса зарабатывать сверх базовой потребности. С этим столкнулись западные промышленники, когда стали создавать производства в восточных странах типа Индии. Они предложили очень высокую зарплату работникам и надеялись, что это простимулирует лучших профессионалов работать на их предприятиях. Но они потерпели фиаско. Работник работал месяц, получал огромную по тем меркам зарплату и тут же увольнялся. На заработанные деньги он покупал годовой запас риса и на этом успокаивался. Через год он снова мог попытаться устроиться на эту работу, если его брали, так же дожидался очередной зарплаты и вновь исчезал.

Нечто похожее происходило и в России буквально в этом веке. Одна промышленная корпорация решила построить предприятие на границе с московской областью. С одной стороны – Москва близко, с другой – дешёвая провинциальная рабочая сила. В итоге им пришлось массово завозить работников из ближнего зарубежья, потому что местные не стали работать примерно по тем же причинам, что и индийские рабочие. Привезённые гастарбайтеры работали много, но тоже исключительно для удовлетворения базовых потребностей, просто потребностей у них было больше – у каждого дома осталась большая семья. При этом сами иностранные рабочие довольствовались минимальным уровнем жизни.

(Кстати, с этой проблемой нетривиально боролись большевики в раннем СССР. Крестьяне довольствовались скудным урожаем, их не волновали глобальные задачи индустриализации молодой социалистической страны. Тогда у крестьян стали забирать не часть зерна, а всё зерно. Крестьяне добывали больше зерна, у них и это забирали, и т.д. Таким образом удалось заставить крестьян работать сильно больше, чем им было бы достаточно для собтсвенного пропитания.)  

Развивая эту тему, попытаемся приблизится к решению социально-демографического парадокса: почему во всём мире рождаемость тем выше, чем ниже уровень достатка населения. Обратимся к исследованию советского и российского демографа Антонова А.И. По его мнению, рождаемость в России в конце XX века, в том числе, упала из-за роста уровня запросов. Если мы спросим честного демографа, какова взаимосвязь между уровнем жизни и рождаемостью, то он вынужден будет ответить, что корреляция очевидна - чем выше уровень жизни, тем ниже рождаемость. И наоборот – самая высокая рождаемость в самых бедных странах с «ужасным» уровнем жизни. Да и в России самая высокая рождаемость была при императорах и сразу после революции вплоть до Великой Отечественной. «Давайте опять вспомним 90-е. Все говорят, что тогда была сверхнизкая рождаемость из-за шока – страна развалилась, было плохо. Всё грубо свели к экономике. Но я как социолог знаю, что существует скрытая переменная: при росте доходов в несколько раз быстрее растет уровень притязаний. И чем больше разрыв, тем хуже для рождаемости. Так вот, те годы были революцией притязаний. Открылось окно в мир, долгое время наглухо заклеенное газетой «Правда» и журналом «Коммунист». Люди увидели, что есть другой мир. В СССР жили неплохо, но все были бедны – даже члены ЦК. Любой средней руки богач сегодня имеет больше, чем советский функционер. Кстати, демографический кризис начался не в перестройку, а еще при Брежневе. Но уровень притязаний в СССР был очень низок, а в 90-е рванул вверх. Люди стремились зарабатывать, хотели смотреть мир, а не рожать детей. И так не только у нас. Таково нынешнее устройство всего мира

Таким образом, мы получаем два принципиальных уровня жизни. Уровень удовлетворения жизненных потребностей и уровень «качественной жизни». Первый имеет чёткие параметры его достижения: нужно столько-то продуктов такого-то качества, такая-то температура воздуха в помещении, столько-то литров воды в день, понятный набор одежды и т.д. Речь идёт не об уровне выживания, а именно удовлетворения. В большинстве стран мира достичь его легко благодаря достижениям прогресса. Раньше и царям не снилось то, что сегодня доступно большинству людей. Второй уровень совершенно произвольный, главное. что он выше уровня удовлетворения жизненных потребностей. Сколько телевизоров должно быть в доме, чтобы достигнуть достойного уровня? Какой модели смартфон является показателем нищебродства, а какой демонстрирует высокий уровень «качества жизни»? Можно ли считать жизнь качественной, если в доме нет пластиковых окон, ионизатора-увлажнителя воздуха, посудомоечной машины? Нужна ли дома соковыжималка и профессиональный кухонный комбайн? 

Средней семье достаточно лишь небольшого возвышения над уровнем удовлетворения. Пусть стиральная машина технически устарела и немного ржавая - но она же работает! Сломается - купим новую. Капиталистам же наоборот, выгодно, чтобы семья меняла технику как можно чаще на что-то новое, современнное и дорогое.

Но как заставить человека покупать дорогую, и не очень нужную ему вещь? Очень просто - нужно, чтобы он сравнивал свою жизнь не с уровнем удовлетворения потребностей, на фоне которого он выглядит хорошо, а с неким "идеалом", при достижении которого будет то самое счастье. Чтобы убедить человека тянуться к этому недостижимому идеалу «качества жизни», необходимо сделать текущее состояние некомфортным, неудовлетворительным. А как сделать состояние неудовлетворительным, если человек как раз удовлетворил жизненные потребности? Как напоить человека, который только что выпил воды? Как вынудить человека потреблять, в общем-то, ненужные ему товары и услуги? Как продавцам вытолкнуть покупателя «из зоны комфорта», когда ему там действительно там комфортно?

Ответ был найден - нужно сделать так, чтобы клиенту стало психологически некомфортно, а ещё лучше – неприемлемо оставаться в этом состоянии. Такого эффекта можно достигнуть с помощью массированных информационных кампаний. Мало кто знает, но в 1946 году алмазная компания De Beers провела рекламную кампанию под слоганом Diamonds are forever (Бриллианты навсегда), которая стала одной из самых успешных маркетинговых кампаний. Она кардинально изменила статус рекламируемого товара. Из редкого, элитного объекта бриллиант стал «традиционным» подарком на помолвку сначала на Западе, а затем и во всём мире. Если коротко описать посыл этой кампании, то её можно описать слоганом: «Кто не дарит своей невесте алмазы, тот лох и нищеброд!». После этой кампании каждый молодой человек чувствовал себя неловко, если он не мог купить своей возлюбленной алмазы. Таким мужчинам приходилось иметь оправдательные объяснения, хотя бы для себя самого.   

Возможно, кто-то ощутил эмоциональный дискомфорт после прочтения слов "лох" и "нищеброд". Это именно то чувство, которое должны вызывать такие рекламные кампании. В этом и состоит хитрость метода - ты сам себя считаешь лохом и нищебродом, неудачником и лузером, если не достиг достойного уровня "качества жизни". Конечно, под этим уровнем понимается исключительно материальный достаток. Теперь миллионы людей работают сверх необходимого для нормальной жизни, гонимые собственной совестью, которая кричит им: "Иди трудись, чтоб не стать нищебродом". Для создания такого эффекта было изменено значение самого слова «нищеброд». Введите это слово в поисковую строку и интернет первым делом выдаст следующее определение: «Нищеброд — это вовсе не тот, кто беден, а тот, кто ежедневно пребывает в «нищебродском» состоянии ума — состоянии ограниченных возможностей и деструктивных убеждений». Второй или третьей строкой, но всяко на первой странице выдачи, вы найдёте примерно такой текст:

«Признаки нищеброда.

1. Нищеброд служил/собирается служить в армии Нормальный человек в армию не пойдет хотя бы потому, что деньги на покупку военного билета можно заработать гораздо быстрее, чем за 1 год. Идут служить либо дебилы, которым не хватило мозгов получить вышку в институте с военной кафедрой, либо нищета, у которой нет денег на покупку военного билета. Также это говорит о том, что не только парень бедный, но и его семья нищая, то есть это уже потомственный нищеброд.
2. У нищеброда нет машины, либо есть ТАЗ, что еще хуже. ТАЗ – это вообще диагноз. Человек уже смирился с тем, что он нищеброд, что его жизнь пройдет в говне и нищете. От таких надо держаться подальше. Если вы слышите “на метро быстрее” – это такой эвфемизм для “у меня нет денег на нормальную машину”.
3. Нищеброд не отдыхает за границей Курица – не птица, Украина – не заграница, как и Турция с Египтом. Если человек посещает разные уголки мира, значит, он не только обеспечен, но и разностронне развит. А это очень хорошо.
4. У нищеброда нет жилья. И это самое страшное. Квартира в наши времена – самая дорогая из потребностей человека. Копить на нее можно годами, поэтому важно, чтобы она была изначально.
5. Нищеброд одевается на рынке. В общем, это самое очевидное. Оценивая стиль человека, не стоит обращать внимание на мобильный телефон – часто самые дорогие модели бывают у самых бедных людей, благодаря потребительским кредитам. Важна одежда , а говно с рынка любой внимательный глаз увидит сразу – плохо сидит, топорщится, не сочетается, часто в катышках. Не менее важна обувь, и если по джинсам и футболке можно не составить никакого мнения, то фирменную обувь видно сразу.
6. Нищеброд обожает кредиты. У богатых людей слово “кредит” ассоциируется исключительно с кредитованием бизнеса под развитие. У нищеброда кредит – это образ жизни. очень пагубный и ведущий все глубже в нищету. Единственный допустимый кредит для молодого человека – это ипотека. и то плохо, что нет квартиры. нормальный человек резко отрицательно относится к ненужным кредитам.
7. Нищеброд не считает нужным менять советскую мебель.
8. Нищеброд не делает инвестиций.
9. У нищеброда нет денег на ремонт.
10. Нищеброд паталогически жаден. Если на первое свидание вас приглашают погулять в минус 15 по парку и дарят одну розочку, то никаких вопросов уже задавать не надо.

В целом можно говорить, что нищеброды по многим параметрам считают себя середняками. Их любимый аргумент — ВСЕ ТАК ЖИВУТ, Я НЕ ХУЖЕ ДРУГИХ.»

Посмотрите на этот список и ответьте на вопрос, много ли из перечисленных пунктов можно отнести к среднестатистической многодетной семье? Да практически все! Особенно, если учесть, что «качество жизни» - параметр плавающий. Сегодня машина класса ТАЗ - это иномарка, собираемая в России, с кондиционером и ABS, но она стоит меньше миллиона и у неё фары в лучшем случае ксеноновые, а не светодиодные (а ещё бывают, о ужас! с лампами накаливания). У вас машина с лампами накаливания?! Да ты, батенька, нищеброд!!! 

Сегодня эпоха потребления. Потребление – это всё, что сверх удовлетворения. Огромные силы брошены на то, чтобы нормальное удовлетворённое состояние человека стало невыносимым «нищебродством». Таких кампаний – легион. Например, сейчас молодёжь помешана на фирменных кроссовках, которые в оригинале стоят, как две средней зарплаты по стране. Можно купить реплику, она будет стоить в три раза дешевле. При этом можно купить качественную спортивную обувь, которая стоит в несколько раз дешевле реплики, но это уже не так круто. Ходить не в модной "фирме" - это уж если не позор, то точно нищебродстов. Купить явную подделку под крутую фирму нельзя, потому что специально для этого запустили кампанию «поясни за шмот». Это такая хулиганская забава, когда группа драчунов ловит одиноких подростков, и если у него неоригинальная одежда "под фирму", его бьют и унижают. Наивно было бы полагать, что эта забава появилась сама по себе (как и сама мода именно на эти кроссовки).

В такой ситуации большинство многодетных семей всегда будут среди «нищебродов». И дело не только в том, что они не могут позволить себе дорогую одежду. Есть многодетные семьи с хорошим достатком, но у них ДРУГИЕ ЦЕННОСТИ. Сегодня многодетность – это осознанный ценностный выбор, и этот выбор не в пользу потребления. В успешной многодетной семье нет оритентации на мнение толпы или компании, там всегда можно найти понимание и достойное место в своей большой семье. В многодетной семье жизнь подчинена другим законам, например, детей уже не боготворят, как в случае единственного ребенка в семье. В большой семье по иному использутся вещи, которые порой служат не одному хозяину. Но даже если родители купят своим детям такие кроссовки, всё равно по целому ряду других параметров они останутся «нищебродами».

"Нищеброд" - это социальный конструкт, созданный для наращивания потребления. Этот конструкт призван расправляться с теми, кто не хочет бездумно потреблять. Система потребления нищебродом называет того, кто не готов потреблять сверх норму жизненной потребности. Таких людей должно быть мало и они должны быть чуть ли не изгоями. Многодетные семьи выбиваются из этого плана. Эти семья всё чаще становятся успешными, их становится всё больше, а должно стать ещё больше - демографы утверждают, что для простого воспроизводства населения нужно, чтобы более половины семей были многодетными. А что если все многодетные примут ценности, где нет места бездумному потреблению? Но самое опасное для системы потребления не в том, что таких семей будет всё больше, а то, что они явно показывают всем остальным, что можно жить вне системы потребления, и не просто жить, а быть успешными и счастливыми. Такими темпами вполне может случиться конец эпохи потребления. Поэтому для условного капитала многодетная семья – смертельный враг. Либо система потребления – либо многодетная семья.      

В России обозначились позитивные изменения в отношении государства и общества к многодетным семьям. Этому способствовал демографический кризис, который преследует Россию уже не первое десятилетие, и у которого очень плохая прогнозируемая динамика в будущем. К сожалению, кроме вынужденного понимания, что без многодетной семьи всё будет очень плохо, других серьёзных подвижек в этой области нет. Нет последовательных системных процессов, нет качественного изменения отношения общества, государства и бизнеса к многодетным семьям, особенно к многодетным родителям. Есть только надежда на этих родителей.

Вот об этой связке – общество и родители – мы и поговорим… И внезапно вспомним Гегеля, который в чём-то дал интеллектуальное основание многим социальным наукам. Именно к нему восходит утверждение, что в здоровом обществе сущность каждого человека соответствует его социальному существованию, или иначе можно говорить о тождестве общественных и индивидуальных интересов. Ежели такого тождества нет, то в обществе происходят социальные катаклизмы, болезни, отчуждения и т.п.

Другими словами, общество, общественная культура задаёт каждому индивиду цели и предоставляет средства для достижения этих целей. Если предложенные средства позволяют достигать заданных целей, то можно говорить о гегелевском тождестве. Если средства не позволяют достигнуть целей или даже противоречат личным целям индивидуума, то такой человек обречен на отчуждение, девиацию, социальную изоляцию и т.д.

Последнее время практически во всём мире общественная культура диктует лишь одну цель – культ потребления. Человек должен ублажать себя и думать только о себе. Культ потребления навязывают нам уже не первую сотню лет, а социальная среда даёт обильные инструменты и ресурсы для такого потребления. Не мудрено, что в итоге во всём мире наблюдается депопуляция, или как часто называют этот феномен – демографическая зима. В обществе, где каждый живёт для себя, нет места большим семьям. В России ведущие демографы утверждают, что существующая ныне малодетность является вынужденной, или по-другому, принуждённой.  Например, озвучивают идею, что ни в одной стране мира сегодня в структуру зарплаты не заложено рождение и воспитание третьих и последующих детей. Еще Адам Смит писал, что при капитализме работник с одним ребенком и работник с десятью детьми будут получать одинаковую зарплату. Однако, по Гегелю, это является примером гармоничного общества, где и индивидуальные цели, и социальное существование совпадают.

Вернёмся к родителям, которые массово должны стать многодетными. В России обсуждаются различные программы и концепции, как пробудить у родителей потребность в детях и как увеличить долю многодетных семей. Многие из этих концепций строятся на ценностном факторе, поскольку материальное стимулирование нигде пока не дало ощутимых результатов. Фактически государство пытается сформировать некий социальный заказ, ту самую индивидуальную цель, о которой мы говорили выше. Отрадно, что число родителей, готовых принять на себя этот заказ, оказалось довольно велико, и их доля постепенно растёт. Однако рассуждения о судьбе этих людей не дают повода для радости и оптимизма, потому что общество сформировало заказ, но ни на йоту не изменило набор средств, которые оно предлагает. Эти средства по-прежнему служат культу потребления, а значит и разрушению семьи. В основной массе многодетным семьям можно сулить социальное отчуждение и девиации. Собственно, именно в таком формате воспринимают многодетность в России последние тридцать лет. Этот формат можно выразить известным на всю России слоганом: «Хватит плодить нищету!». В этом девизе выражена та степень отвращения, с которой общество «терпит» многодетных.

Актуализируем проблему в таком прочтении: если активно пропагандировать многодетность, но при этом не менять социальную среду и общественную культуру, то мы отправляем на верную «социальную смерть» лучших представителей детородного поколения. А если учесть, что 5% многодетных семей в следующем поколении дадут 20% населения, то мы можем говорить о системном девиантном детстве как минимум пятой части будущего населения страны. Позитивное развитие страны предполагает только один вариант выхода из этого противоречия – предложить новую социальную среду.

Но пока что среда предлагает для многодетных нишу «нищеброд», где каждый, кто не готов гнаться за потреблением, обречён на отчуждение, девиацию, социальную изоляцию. Многодетные – полноценные нищеброды, в современном прочтении этого слова. Общество считает, что многодетные находятся в состоянии ограниченных возможностей и деструктивных убеждений. Этот миф тщательно поддерживают и распространяют те, кто видит опасность для себя в возрождении многодетной семьи. 

Надеюсь, теперь нас не удивят результаты исследований о восприятии обществом многодетных семей. Так в одном докладе на сайте Российского Института Стратегических Исследований (учредитель РИСИ– Президент России) сказано:
«Если рассматривать многодетность глазами современного общества, то выявляется четкая негативная тенденция. Треть россиян, когда слышит словосочетание «многодетная семья», вспоминает о неустроенности, нищете, девиантном поведении: «в основном бедные», «сосут лапу», «плохо, тяжело», «проблемы одни», «родители алкаши, пьяницы и наркоманы», «дурдом» и «дурость». В большинстве своем  население страны склоняется к мнению, что много детей бывает в неблагополучных семьях: это сплошные проблемы, трудности и неприятности.
Об изменении отношения к семье в связи с появлением третьего, четвертого и последующих детей многодетные говорят, что при первом и втором ребенке отношение к семье хорошее и характеризуется положительным, одобряющим настроем; при появлении третьего ребенка возникает некоторое недопонимание, хотя и одобрение тоже встречается; при четвертом  и последующих детях неодобрения и резкая критика со стороны окружающих усиливается. В ходе нашего исследования было выявлено, что более глубокая степень многодетности (рождение пятого, шестого и последующих детей) происходит по внутренним убеждениям (ценностным ориентациям на детей и семью, по религиозным мотивам), тем самым, и внешняя оценка со стороны окружающих воспринимается  не так остро и  не очень значима.
Каждый день многодетные, по их словам, сталкиваются с непониманием и даже порицанием со стороны окружающих, на них смотрят как на «умалишенных, необразованных, не умеющих предохраняться, безответственных личностей, которые «рожают и рожают, в то время, когда пенсионерам жрать нечего»
» .

Такое восприятие многодетных нашим обществом можно было бы терпеть, тем более сами многодетные уже выработали иммунитет к такому эмоциональному прессингу. Однако это же самое отношение проявляют чиновники государственных и социальных служб. Во-первых, чиновники тоже люди и подвержены воздействию информационных кампаний. Они такие же бойцы потребительского фронта и так же искренне не понимают многодетных. Во-вторых, как правило, в таких службах работают малодетные, бездетные, а то и вовсе одинокие женщины. Естественно, им совершенно непонятен образ жизни многодетных семей. К слову скажем, большинство таких работников без высшего образования, а иногда и без среднего профессионального. В-третьих, инструкции, по которым работают эти службы, особенно службы защиты детей и поддержки семьи, базируются на ценностях рыночного мира потребления.

Результат такого отношения ожидаемо негативный и даже отвратительный. Многие семьи незаслуженно подвергаются унижениям и фактически гонениям по надуманным поводам. Многодетная мама может прийти в соответствующее ведомство за положенной ей помощью, а ей вместо помощи посыплются упрёки: «Ты о чём думала, когда рожать собиралась?!». Уже никого не удивляет, когда отделы опеки и попечительства вместе с комиссиями по делам несовершеннолетних грозятся и порой изымают из семьи детей на основании отсутствия косметического ремонта, каких-то второстепенных вещей, вроде ночных светильников у кроватки каждого ребенка и прочей чепухи, которая никакого отношения к безопасности и развитию ребенка не имеет.

Особенно обидно, что под прессинг попадают семьи из нового поколения осознанных ответственных родителей. Автор этих строк сам держал в руках документ, где предлагалось отобрать грудного ребенка на основании того, что вместо коляски ребенка носят в «тряпочке», и у ребенка нет своего спального места. Тряпочкой называли слинг – это такое специальное приспособление для ношения детей. Вещь не только безопасная и полезная, но в какой-то момент модная, вплоть до того, что целая плеяда голливудских звёзд пользовалась такими слингами. Отсутствие кроватки – это тоже элемент осознанного родительтсва – совместный сон.  Есть целый ряд преимуществ такого сна перед использованием детской кроватки. Уже сам факт того, что родители знали о таких способах совместного пребывания с ребенком говорит об их серьёзном комплексном подходе к уходу за ребенком. Фактически, органы опеки пытались наказать родителей за прямое и ответственное отношение к своим родительским обязанностям. Да как наказать?! Отобрать самое ценное – ребенка!

Во всех этих историях (а их, к сожалению, очень много) нас должна насторожить потрясающая подмена. Отобрание ребенка из семьи – это крайняя мера в случае угрозы жизни или здоровью ребёнка, т.е. фактически речь идёт об игнорировании требований уровня удовлетворения жизненных потребностей. На практике же мы встречаем попытки (а порой и свершившиеся случаи) отобрания ребенка, когда нет никакой угрозы, а есть несоответствие уровню «качества жизни». Утрируя, можно сказать, что раньше криминалом считалось не кормить ребенка, то сейчас криминал – это не кормить его хамоном (в меру дорогой испанский национальный деликатес, сыровяленый свиной окорок).

Как мы выяснили ранее, уровень «качества жизни» - это эфемерный, плавающий параметр, к которому по своему желанию стремятся люди. Возможно, кому-то комфортно и приятно пребывать в этом уровне, но другому это либо не нужно, либо не настолько нужно, чтобы тратить на это большие деньги. Многодетные семьи – это выбор качественного другого уровня «качества жизни», где на первое место выходят отношения между членами семьи, совместная деятельность, общая борьба с трудностями, эмоциональная поддержка друг друга, вполне ощутимое счастье и т.д. Тот стандарт «качества жизни», который навязывает общество потребления, вообще не касается таких материй. К сожалению, этих материй не касаются и чиновники, а если касаются, то грубо и с разрушительным эффектом.    

Тема «качества жизни» на этом не исчерпывается. Нам необходимо хотя бы поверхностно коснуться темы так называемого «устойчивого развития». Это оттуда родился слоган «Хватит плодить нищету!». Историю стоить начать с Томаса Мальтуса. Это английский священник и учёный, демограф и экономист, автор теории, согласно которой неконтролируемый рост народонаселения должен привести к голоду на Земле. Он жил в конце восемнадцатого, начале девятнадцатого веков. Кстати, это было время, когда в Англии уже стали проявляться негативные последствия капитализма.

Мальтус стал известен после опубликования работы «Очерка о законе народонаселения». Вот три основных тезиса из этого очерка:
- Из-за биологической потребности человека к продолжению рода, численность населения постоянно растет, пока есть для этого источники средств существования.
- Народонаселение строго ограничено средствами существования.
- Рост народонаселения может быть остановлен лишь встречными причинами, которые сводятся к нравственному воздержанию или несчастьям (войны, эпидемии, голод).

Также Мальтус приходит к выводу, что народонаселение растёт в геометрической прогрессии, а средства существования — в арифметической. В среднем, каждые 25 лет (время удвоения численности населения в идеальных условиях) это несоответствие приводит к социально-экономическому коллапсу ("мальтузианской ловушке"), если нет сдерживающих факторов.

Работу Мальтуса сегодня можно было бы раскритиковать и опровергнуть, особенно имея на руках современные научные данные, но успех теории Мальтуса был не в научной, а идеологической плоскости. Его теория давала удобные основания для идеологических кампаний против семьи. Именно под флагом фобии о перенаселении Земли запускались программы по ограничению рождаемости. Эта идея стала называться неомальтузианством, хотя сам Томас был бы в шоке от такого поворота, ведь он в своих работах прямо говорил, что хоть нам и грозит перенаселение, но этот вопрос ни в коем случае нельзя решать абортами, контрацепцией и ограничением рождений. Нужны прогрессивные научно-технические решения по повышению урожая, удоя, убоя и т.д. Однако именно под флагом неомальтузианства продвигалась идея сокращения населения земли, и именно это течение предложило нам фальшивый выбор: либо нас будет много, но все будут нищие и драться за кусок хлеба, либо нас будет мало, зато мы будем жить в шоколаде. С тех пор лозунг-требование «Хватит плодить нищету!» являет собой квинтэссенцию фобии перенаселения, желания жить по высшему стандарту, стремления быть избранным и высшим. Здесь мы можем найти корни концепции золотого миллиона, золотого миллиарды и прочих антисемейных и античеловеческих идеологий.

Сегодня под гнётом очевидных фактов депопуляции и практического вымирания обществ, достигших высокого «качества жизни» неомальтузианство теряет свой шарм и научную ценность, но идеологический заряд и разрушительная мощь призыва «Хватит плодить нищету!» ещё действует в полной мере.      

В России эта жуткая идеология продвигалась Российской Ассоциацией по Планированию Семьи. Если коротко, её деятельность сводилась к пропаганде абортов и контрацепции, особенно если речь шла о семьях, где уже был один или два ребенка: «Если вы родите третьего, то ваши детки тут же станут бедными. Сейчас вашей зарплаты хватит на то, чтобы их качественно одеть, накормить, обучить, но если вы выберете рождение третьего, то денег вам ни на что не хватит, вырастут озлобленные ублюдки и испортят вам жизнь». В какой-то момент антисемейная и антироссийская направленность стала слишком очевидной. Сперва у этой конторы отобрали государственное финансирование (да,да, они всё это творили за наш счёт), а потом и вовсе запретили их деятельность в России, как нежелательного иностранного агента влияния. Однако их идеи продолжают культивироваться в различных фондах, всплывая в виде докладов о том, что современная семья – самое опасное место для ребёнка. «Благодаря» таким докладам и методичкам во всех наших программах  многодетные всегда стоит в одном ряду с семьями наркоманов, потенциальными преступниками и прочими НЕБЛАГОПОЛУЧНЫМИ семьями. Часто сам факт многодетности указан в списке ПРИЗНАКОВ НЕБЛАГОПОЛУЧИЯ семьи. Вдумайтесь, семья может попасть в список для пристального наблюдения как потенциально неблагополучная если: родители наркоманы или алкоголики; если дети были участниками преступлений или правонарушений; если родители вернулись с мест лишения свободы, если дети безнадзорные; … если доход на члена семьи ниже прожиточного минимума и если это многодетная семья.

Некоммерческий сектор, сам того не замечая, подхватил эту тенденцию. Почти в каждом городе есть какой-нибудь благотворительный фонд помощи больным, бедным и многодетным. Мы ставим в один ряд больных, бедных и многодетных по понятным причинам и из лучших побуждений, но по факту мы сами раскручиваем машину пропаганды, унижающую многодетные семьи.   

Следствием такой политики является повсеместное внедрение критерия нуждаемости при оказании помощи многодетным семьям. Идеологически понятие нуждаемости вытекает всё из того же «плодить нищету» и не имеет практической социальной значимости и демографического эффекта.