Чему нас учит Старший Сын или простим ли мы Бога?

Когда за обеденным столом собираются знакомые люди, то разговор их порой перескакивает с темы на тему, и все они вроде бы разные, но все об одном. Так и мы за трапезой после воскресного богослужения о многом успели поговорить.

Прежде всего, поговорили о самой трапезе, о том, как важно собираться после литургии. Ведь литургия по сути – это и есть трапеза. Когда иудеи эпохи Ветхого Завета приносили жертву, то часть туши животного сжигали – это возношение Богу, часть оставляли левитам – это доля священства, а часть уносили домой и ели всей семьей. И получается, что это была совместная трапеза человека, священника и Бога. На Тайной Вечере тоже была совместная Трапеза человека и Бога, тогда Апостолы возлежали вместе с Иисусом и принимали от него разломленный хлеб и чашу. На иконе Троицы, где изображается Совет Предвечный, мы видим ту же совместную Трапезу, где Отец, Сын и Дух Святой сидят за одним столом. Первые христиане это хорошо понимали. Они собирались вместе именно на трапезу, которая потом переросла в ту Евхаристию, которую мы служим в храме, только там христиане сперва ели, а потом преломляли хлеб, а теперь, наоборот, сперва причастие, а потом трапеза. Стало быть, общий стол после литургии – это обязательное продолжение совместной трапезы Бога, священника и паствы. Не зря же по-другому литургия называется обедней.

Так мы рассуждали в то воскресенье, сидя за столом. Чем ещё хороши такие встречи после литургии, так тем, что можно поговорить со священником в неформальной обстановке, и даже поспорить с ним. Можно спросить соседа по столу, а что он думает по такому-то поводу, и не сильно переживать, что его ответ недостаточно точен с точки зрения богословия. Можно заявить о желании сказать тост, а вместо этого зарядить мини проповедь на тему «я так чувствую».

А воскресенье в тот день было не простое, но Прощённое. Кто был на небольших приходах в Прощённое Воскресенье, тот может представить себе, с каким воодушевлением и даже умилением мы садились за стол после положенных в этот день обниманий и прощений друг друга. Разговор удался на славу…

Конечно, в такой день мы не могли обойти тему прощения. Ближе к середине трапезы разгорелся спор о том, кого нельзя простить в принципе. Началось всё с моего тоста, когда я пожелал всем христианам столько духовных сил, чтобы хватило не только на прощение своих близких, далёких, друзей, врагов, но и на прощение врагов всего человечества и представителей вселенского зла, например Ленина. Я-то больше для красного словца такое завернул, а народ клич услышал, посыл воспринял и душевный отклик тут же и явил. У нас на приходе коммунистов отродясь не было, всё монархисты да патриоты, народ начитанный и Ленина справедливо невзлюбивший, поэтому братья и сестры наперебой стали мне рассказывать, как много Ленин зла сотворил, сколько душ погубил, а паче свою душу сам же дьяволу и продал. У нас и раньше споры возникали, что Ленина давно пора с Красной Площади вынести, ибо пока его мумия там лежит, то не будет возрождения России.

Во время дальнейшего разговора выяснилось, что у некоторых наших прихожан предки в своё время сильно пострадали от безбожной власти. Я предположил, что это для них, пожалуй, хорошо, ибо Ленин теперь стал их личным врагом, а не каким-то там вселенским, и перед ними открывается возможность совершить христианский поступок и простить личного врага. К тому же он человек крещённый, канонических запретов на прощение и поминание заблудшего раба Божьего Владимира вроде как нет, а если учесть, что и детей у него не было, вымаливать его из ада кроме нас некому. Может он для того и лежит в центре страны нам в напоминание, чтобы мы, наконец, замолвили за него словечко к Небу, тогда Бог позволит похоронить его по-людски. Бог в силах простить нас всех, любого и каждого. Может Он на примере Ленина хочет проверить, есть ли такие силы у нас? Вероятно, я был не очень убедителен; гудящий стол решил, что прощать Ленина – это уже перебор, на сём мы переключились на обсуждение иных вопросов.

На следующей воскресной службе, подходит ко мне один человек, который на Прощённое Воскресенье со мной про Ленина спорил, и говорит: «Всю неделю я думал над твоими словами. И с этой стороны ты прав, и с другой, и со святыми отцами я сверил – по твоему получается. Но, несмотря на это НЕ МОГУ Я ЛЕНИНА ПРОСТИТЬ! Вот не могу и всё!»

Не знаю почему, но горько мне тогда стало за этого человека. За это искреннее и в чём-то справедливое «Не могу!». Всю воскресную трапезу я не мог отделаться от странного чувства, как бы тень тоски накрыла меня от этого «Не могу!». Только дома, оставшись наедине, я понял, что меня так смутило в этих словах.

Перед самым постом мы праздновали Неделю о Блудном Сыне. Эта, по истине, неземная притча много говорит нам о Боге Отце и Царстве Небесном. На проповедях в честь этой притчи чаще говорят о трагедии младшего сына, и редко-редко можно услышать что-то глубокое о старшем. Драма старшего сына не завершена в притче. Отец сказал ему своё слово: «Твой брат был мёртв, а теперь жив!», а что на это ответил старший сын, не ясно. А что он мог сказать? Хорошо, если он всё понял и обнял младшего брата с той же любовью, что и Отец. А если нет? А если старший брат не смог простить младшего за его страшные поступки, за то, что он когда-то предал Отца, за полученные назад белые одежды и перстень, символизирующие достоинство? Не простить брата – это значит не простить Отца за то, что Он простил. Не простить Отца – значит возненавидеть.  Как долго проживёт старший сын в доме, где всё ему ненавистно? День ли, год ли - всё равно он уйдёт из дома. Уйдёт и повторит путь младшего, специально повторит, назло и брату и Отцу. Но в конце, обнищав, не раскается. Младший раскаялся, потому что, уходя из дома, он не знал, в какое состояние приведёт его жизнь, а старший уже знает на примере младшего. Уж коли он тогда не смог простить, то и сейчас не сможет покаяться. Когда он достигнет дна, у него останется только одно желание – убить младшего брата. Но убить не просто так, а предварительно развратить его, чтобы он опять предал Отца. Только так он сможет доказать Отцу, что тот зря простил младшего сына.

Мировая трагедия заключается в том, что такой сценарий не только реалистичен, но и в действительности случился. История старшего брата – это история Дьявола. Это он, Денница, первый из Ангелов, который был прежде человека, который был при Отце и работал на него «в поле», который никогда поперек Отца не подымал голоса – это он, когда узнал, что сотворил Бог человека, и что этот человек предаст Отца, и будет скитаться, и вернется в покаянии, и примет его Отец – это он, по праву старший, не сможет никогда простить младшего брата. Мы привыкли, что в нашем мире всё меняется. Сегодня мы совершили поступок, завтра узнали последствия своего поступка, а послезавтра покаялись, изменились и больше так не поступаем. Нас извиняет незнание. На Небесах нет времени. Там всё известно сразу. Поэтому Деннице не нужно было ждать, пока человек согрешит и покается. Он сразу же знал, как оно будет, и не смог простить. С тех пор он желает одного – убедить Бога, что Тот зря простил человека; он желает смерти младшему брату…

Апостол Павел пишет: «ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией..» (Рим.7,38-39). Любовь Божья – это и есть Сам Бог. Апостол уверяет нас, что между нами и Богом не будет посредников – только Он и мы. Денница узнал об этом. Узнал, что Бог не только простит блудного сына – человека, но и общаться с ним будет напрямую, без помощи старшего, Ангелов, Сил и Начал. Собственно, тут и явил свою гордость Дьявол – как это! Мелкий человек, который и ногтя ангельского не стоит, который все дарованья Божьи прокутил на чужбине, не только будет прощён, но и встанет пред Ним в чине не ниже ангельского! Этого не простит Дьявол Богу никогда!

Вполне может так случиться, что после нашей смерти мы предстанем перед Богом, а одесную его в белых одеждах мы увидим и Ленина, и Гитлера, и Нерона… Наш праведный гнев на эту вопиющую несправедливость будет сродни гневу старшего сына на младшего, Дьявола на человека. Если мы сейчас не сможем простить Ленина, то кто нас научит этому потом, когда времена кончатся?

Сегодня Прощённое Воскресенье. Дай мне, Боже, сил простить раба Твоего Владимира.

 

Ткаченко Руслан
ruslan@mgrk.org